22:34 

Остров Роз

N.G.J.
Пруссак знает все лучше, а чего он не знает, знает еще лучше.(с)
Посвящается моей чудесной Лизе.



Было удивительно тихо: ни птиц, ни шума колышущегося тростника и плеска воды не было слышно за красивой стеклянной дверью. Лишь эхо разносилась по чистым и пустым комнатам виллы, будто и нет здесь никаких гостей, только призраки прошлого. Ярко-синие кушетки, резные готические панели и росписи, которые, казалось, вот-вот оживут, так заворожили детей, что те застыли.

Светловолосая девушка, эрцгерцогиня Мария Валерия, взволнованно повернулась к своей матери, императрице, которая улыбнулась этой сцене. Её Величество подмигнула дочери и увлечённо продолжила писать письмо, дочь же, с любопытством подумав об этом послании, в тот же миг вспомнила то, что произошло здесь четыре года назад.


Диковинные тропические вазы, сказочные скамейки с ножками-змеями, лебеди и лабиринт роз. Ничего не изменилось с тех пор, как она впервые встретилась с хозяином виллы, баварским королём.
…В её глазах всё ещё стояла розовая станция Поссенхофена, платье было измято, хотелось спать, но маменька-императрица, настойчиво требовала, чтобы она встретила короля с цветами, как и другие дети. Мария Валерия, с неохотой, согласилась спуститься вниз с букетом жасмина, который, как сказала maman, очень много значил для короля. Этот странный факт несколько разозлил уставшую девочку, но она, поклонившись, горделиво и стремительно спустилась вниз по лестнице.
В тот же миг Мари услышала, как другие дети, маленькие племянники и племянницы, с криками выбегают из гостиной. Это совсем не придало ей смелости. В тот миг она готова была забыть о приличиях и зажмуриться, но вскочила в комнату почти на бегу, надеясь как можно скорее покончить с этой просьбой. И тут же почти столкнулась с королём, который также шёл слишком быстро. Резко подняв на него взгляд, она испугалась по-настоящему, даже немного дёрнулась в сторону. Дело в том, что король был полным человеком неимоверного роста с чёрной бородой. Какой человек может сильнее напугать ребёнка? Пусть в синем сюртуке, но всё равно какой-то жуткий лесной великан, как подумалось маленькой эрцгерцогине. Букет Мари подала откровенно брезгливо, и а поцелуй руки довёл её нервозность до предела. Страх и раздражение, вот и всё, что чувствовала она в тот момент, краснея и совершенно не задумываясь об этикете. Король, казалось, был смущён, он смотрел в пол, а левой рукой прикрывал свой рот. Глаза у него, к слову, тоже были страшные: серо-голубые, но в тоже время совсем красные, Его Величество явно мало спал.
Неожиданно в комнату вошла императрица, осчастливив и эрцгерцогиню, и короля. Девочка немного успокоилась благодаря появлению матери, а Его Величество улыбнулся, хоть и ужасно неуверенно, как студент. Императрица вполне дружелюбно, даже озорно, улыбалась ему в ответ. Как горько и обидно было ребёнку признать, что она никогда не улыбалась так отцу, даже если не видела его долгие месяцы! И для тех случаев, разумеется, у Её Величества не было особого платья! Однако в тот же момент, Мария Валерия, с некоторым злорадством, заметила во взгляде матери удивление. Тут всё было просто: она помнила, какой был король в рассказах матери - юный и тоненький мальчик.
Её вежливо попросили покинуть комнату, но, конечно, далеко юная эрцгерцогиня не ушла, она раздраженно наматывала круги перед самым большим окном, портя лужайку своими розовыми туфельками. Взрослые тут же заметили её и жестами объяснили, что лучше уйти. Мария Валерия послушалась, всё равно за окном ничего не было слышно, но далеко не ушла, встала у двери. Однако, снова ничего. Она села на кресло, и, надувшись, стала ждать, когда разговор закончится, и мама снова уделит внимание ей.
Безусловно, король был странным, чрезвычайно скрытным и страшным субъектом: без чувства вежливости и уважения к младшим, думала она тогда. Прошло, наверное, часа три, прежде чем он покинул белый дворец Поссенхофен и отправился к себе, на другую сторону Штарнбергзее.
На следующий день маленькая эрцгерцогиня извелась ещё больше. Мало того, что maman изрядно надоела ей разговорами с толстым королём об их прошлом, так ещё вечером она уплыла с ним на лодке, и с берега, конечно, невозможно было разглядеть маленький остров Роз, находившийся на середине Штарнбергзее. Даже если бы у девочки был бинокль, она бы всё равно ничего не увидела из-за сумерек. Ко всему прочему, бабушка Людовика окончательно испортила ей настроение своими старыми историями о короле. Не выдержав, эрцгерцогиня убежала наверх, поплакать и успокоиться…

Она и сейчас не могла знать, почему мама была так рада тогда. Как весело ей было слушать песни чернокожего мальчика. Как поражённый Людвиг подарил её слуге кольцо. Мари не могла видеть, ту сцену, когда императрица держала короля за руку в увитом плющом павильоне, пока он читал ей Шиллера, и как, сидя в беседке, она всматривалась в озёрную даль, положив руку на его плечо. Букеты, смех, и самое главное - сотни маленьких общих воспоминаний. Как поймёт это ребёнок? Как поймёт это юная фроляйн? (И уж совсем вредно рассказывать доченьке о том, как её мама курит с королём простые дрезденские папиросы, и вместе с ним же объедается свиными рульками).

…На следующий день терпение Марии Валерии лопнуло. Она твёрдо решила на лодке приплыть на противоположный берег, в замок Берг, где жил король, и выяснить всё. Девочка очень надеялась, что ей удастся открыть страшную тайну, что-то такое, о чем надо будет срочно доложить отцу. Но представить себе это ужасное нечто она не могла. Слишком сильно её занимала злость.
Берг был маленьким замком. Его называли младшим братом Поссенхофена, где жили они с мамой. Те же башенки и ставни, но дикий английский парк и бледный болезненный зелёно-серый цвет, придавали ему атмосферу одиночества.
Спрыгнув из лодки прямо на лужайку, она быстро побежала в сторону короля, которого заметила почти сразу. Его Величество сидел на скамейке в белоснежном сюртуке и играл в шахматы со стариком с бакенбардами, который до смешного походил на кузнечика. Запыхавшись, она поклонилась им. Король почему-то совсем не удивился и только холодно представил ей своего доктора. А потом вдруг предложил сыграть в шахматы. Мари согласилась, врач тут же покинул их.
К сожалению, маленькая эрцгерцогиня проиграла почти сразу, ведь Его Величество совершенно не собирался уступать ей, как младшей, и как даме. Она уже хотела было разразиться заготовленной язвительной триаду, как тут к ним подбежал человек в синей придворной форме с прекрасно блестящими пуговицами.
Эрцгерцогиня испугалась его, пожалуй, сильнее, чем испугалась короля при их первой встрече. Это был слегка лысоватый и коренастый человек с длинной бородой, которая при поклоне смешно развевалась на ветру. Шталмейстер. И почему-то даже сейчас, спустя столько лет она помнила его фамилию. Хорниг. Он передал королю некое срочное письмо и остался стоять на месте. Людвиг с нескрываемым любопытством пробежал глазами по письму. Марии Валерии стало интересно. Она спросила его, от кого это послание, и была очень возмущена тем, что это прислала книжный червь, принцесса Терезия. Но Его Величество сказал, что это благое дело: помогать церкви и науке. Эрцгерцогиня надулась, но не согласиться было бы трудно.
- Ваше Высочество, вам скучно играть в шахматы? – король почти смеялся, так умилял его её вид.
- Да, уже скучно. Я не люблю проигрывать, - она снова возненавидела его в тот момент, ей казалось, что он преднамеренно издевается.
- Vous êtes rouge comme une tomate, ma bonne fille! Пойдёмте смотреть лошадей? Пожалуй, это вам придётся по нраву, - он неожиданно взял её за руку и крикнул слуге, - Хорниг, прошу тебя, покажи ей моих любимцев!
Эрцгерцогиня прибывала в смятении, но любопытство в ней всегда было сильнее страха. Поэтому они с королём молча пошли вслед за Хорнигом. Лошади ей очень понравились, Его Величество рассказал много интересного о каждом из арабчиков, но ещё больше ей полюбились трое чудных детишек шталмейстера, которые были чуть младше её. Они вместе кормили лошадей, резвились.
Король наблюдал за ними издалека, снова спокойно сев на лавочку (видимо, чтобы, написать ответ принцессе Терезии). Но окрылённая детской радостью, Мари совсем не замечала его, потеряв всякий счёт времени. Уплыть пришлось быстро, но хотелось обязательно побывать там ещё раз…
На следующий день Мария Валерия снова приплыла в Берг. Людвиг был очень занят, как сказал горделивый дежурный солдат.
Но юная эрцгерцогиня не послушалась стражника, она легко проскользнула мимо. Как оказалось, Его Королевское Величество рыбачил. «Вот же странный человек! – подумала она, - Сидит один в полной тишине, в кустах, и явно совершенно рад этому!»
Она осторожно, на цыпочках подкралась к королю и спросила нарочито громко:
- Дядя Людвиг, вы же говорили, что убивать животных плохо?
- Тише! И я прошу вас, уйдите. Она уже на крючке! – шёпотом произнёс Людвиг, даже не взглянув в её сторону.
- Нет, ну что за наглость! – всплеснула руками Мари, совсем забыв, что явилась сюда без приглашения.
Людвиг ничего не ответил, он только сильнее потянул за внешне хлипкую бамбуковую удочку. Огромная зубастая рыбина на леске поднялась из воды и стала раскачиваться из стороны в сторону. Девочка в ужасе завизжала. Вот-вот её платье могло быть заляпано этой гадостью! Она закрыла лицо руками и отбежала почти к самому краю мостков.
И в этот момент, явившийся из ниоткуда солдат, перехватил леску и осторожно положил рыбу на огромное серебряное блюдо и быстро унёс. Мари не могла отдышаться. Она вся покрылась пятнами.
- Я-я-я… Как хорошо, что вас не было на свадьбе Руди, - только и смогла произнести девочка.
- Я не горел желанием посетить Вену, хоть очень уважаю вашего брата. И насчёт рыбы я вас предупреждал.
- Простите Ваше Величество, - устыдившись, поклонилась эрцгерцогиня.
- Хорошо, - высоко задрав голову, ответил король, но тут же повернувшись к ней, он улыбнулся: - Вы же хотели видеть детей шталмейстера? Они вас уже ждут, бегите!
Мария Валерия на секунду застыла, но услышав, что никаких нравоучений не последует, с радостью побежала к новым друзьям.
Они играли в кегли на траве. Эта новая игра очень полюбилась ей. Король присоединился к ним, но у него слишком хорошо получалось, и дети быстр заскучали. Тогда Его Величество предложил съесть ту самую рыбу. Мари сначала противилась, но увидев запечённую красоту тут же передумала. Никто не мог готовить лучше, чем старая служанка Его Величества, фрау Луиза! И никто не мог обедать смешней и нелепей, чем сам король!
Его Величество просил оставить всё в секрете. И это было до ужаса обидно. Почему? Все младшие кузены и кузины обзавидовались бы, их-то никуда не пускали!
А потом ужасно испортилась погода: стало холодно, на озере усилились волны. Через десять дней Его Величество пришёл попрощаться. Они с императрицей снова говорили tête-à-tête, но и-за двери девочка услышала только две фразы.
- Хотелось бы, чтобы она уехала?
- Ну, собственно… да. Я бы хотел, чтобы мы побыли вдвоём.
«Вот же невоспитанный ребёнок!» - в гневе подумала эрцгерцогиня, решив, что три разбитые фарфоровые куклы вновь вернут ей внимание матери.
…Но теперь это казалось ей смешным и ужасно нелепым. Рудольф, старший брат, всегда говорил ей, что Людвиг завидует им. Он хотел быть ближе? Чтобы императрица заботилась о нём? Но неужели ему мало внимания тех, кого она видела в Берге? Это смешно. Хотя, конечно, он ревновал, как и она. Нечего обижаться.
Через столько лет хотелось повторить только одно, снова попробовать узнать всё о таинственном острове Роз. Разгадать эту тайну…
Тем временем, Её Величество дописала письмо и положила его в столик. Мария Валерия очнулась из-за стука ящика. Императрица мечтательно улыбалась своим мыслям, как тогда улыбалась Людвигу, но через несколько секунд поднялась со стула, строго сказав всем, что на вилле делать больше нечего.
- Интересно, что скажет Людвиг? – шёпотом спросила Мария Валерия у своего кузена Альберта.
Тот замялся. Но стоявшая сзади сестра Гизела с радостью ответила на этот вопрос за мальчишку:
- Я знаю. Он напишет ей стихи, красивые. И будет снова ждать на этом острове Роз. И ещё он подарит ей большой-пребольшой букет…
Младшая дочь императрицы тихонько засмеялась, она знала, что Людвиг часто присылает цветы Гизеле, а потом, на прощание, повернулась к столику, будто с надеждой на то, что произойдёт какое-то озарение. Но ничего, просто солнце рождало причудливые тени на персиковой стене. Девушка не могла узнать про Орла и Чайку…
Императрица открыла стеклянную дверцу, и теперь был виден весь чудесный лабиринт-розарий. Дети ахнули.
- Посмотрите, какие розы! Какой запах! Запомните эту красоту! – радостно воскликнула она.

Эпилог
События данного рассказа разворачиваются в 1885 году. Через год Людвиг Баварский погиб на Штарнбергзее при невыясненных обстоятельствах. Императрица Австрии узнала об этом сразу же, так как очередной раз гостила у своей матери в Поссенхофене. После церемонии похорон она вернулась в Австрию, и больше никогда не посещала свою малую Родину.

@темы: Deutschland, дела литературные, Виттельсбахи и окружение

URL
Комментарии
2013-02-26 в 07:38 

Clisson
Нежно-романтичная атмосфера с оттенками грусти. Понравилось, как рассказчик позволяет увидеть сцену глазами героини. Прекрасно написано.

2013-02-26 в 22:55 

N.G.J.
Пруссак знает все лучше, а чего он не знает, знает еще лучше.(с)
Clisson, большое спасибо за отзыв)
она, сама того не ведая, мне помогла, дневником)

URL
2013-03-04 в 10:06 

son-chik
Как здорово написано! :heart:

2013-03-04 в 22:39 

N.G.J.
Пруссак знает все лучше, а чего он не знает, знает еще лучше.(с)
son-chik, благодарю!)

URL
   

Die Retrospektive

главная