N.G.J.
Пруссак знает все лучше, а чего он не знает, знает еще лучше.(с)
Автор: Д-р Эрик Ленерт ; перевод с нем. яз. Т. Кухаренко.
Публикуется с разрешения переводчика

Критика императора
В третьем томе биографии Вильгельма II, который появился осенью 2008 г., Джон Рёль ставит вопрос: «Как связан кайзер Вильгельм II с национал-социализмом?“ и предполагает, что «источники не содержат успокаивающих ответов».
На 27 (из 1326) странице мы читаем, что император оценил движение НС с точки зрения восстановления монархии и поприветствовал немецкие успехи в устранении Версальского договора и военные победы над Польшей и Францией. В качестве доказательства для близости Вильгельма к национал-социализму предлагает Рёль прежде всего письма Вильгельма сестре, ландграфине Маргарите Гессенской, эскапады его сына Августа Вильгельма, который присоединился к НСДАП, а также отзывы его второй жены Гермины, которая Гитлера, очевидно, очень почитала.



Факты
Тему Вильгельм II и национал-социализм следует рассматривать с указанием на преклонный возраст кайзера и дух времени, который не остановился даже перед ним, или, что касается времени Веймарской республики, видит там наивный поиск союзников к восстановлению монархии.
Вместо этого Рёль рассматривает частные письма в качестве публичного послания, в фаланге тех, что хотят общей отвественности Вильгельма II за национал-социализм. Поскольку эти отношения нельзя покрыть источниками, есть в литературе, будь художественное произведение, научное, фельетон, и первым делом, намеки: «Человек, который считал себя орудием Провидения, был безнадежно переполнен тщеславием и самонадеянностью, вечный лейтенант, и в конце концов, националистический ребенок. Но Гитлер не был им.“ (..)
Вильгельм II не был Гитлером, но он настолько близок ему, что можно было бы прийти к мысли, что речь идет об одном и том же человеке. Однако личность и мировоззрение различны.
Вильгельм II и Адольф Гитлер, который является, без сомнения, важной инстанцией для мировоззрения национал-социализма, были общественными деятелями, то что они публично говорили, говорили с учетом времени выступления. Тем не менее, можно выделить у обоих основные мировоззренческие идеи, которые сыграли важную роль в их мыслях и действиях. Для Гитлера они звучали: революция, партия, народ и раса. Для Вильгельма II: династия, государство, иерархия и Бог.
Сам Гитлер говорил о «национальной идеологии», организационный охват которой - это программа НСДАП. Он положительно оценил исторические революции и говорил о революции 1918 г. такого свойства. Ведущее положение для него можно было достичь только на этом пути. По этой причине, к примеру, его антипатия к фашистской Италии и Испании Франко возростала. В этих странах не произошло никакой революции, старые элиты, король, церковь и армия определяли дальше развитие событий. В Испании собрались вместе «священники и монархисты, которые были смертельными врагами немецкого националистического пробуждения». Гитлер заменил государство в ленинской манере на партию. Государство больше не имеет самостоятельного значения, но «оно также только средство для сохранения народа». Так как Гитлер пришел легально по демократическому пути к власти, он придерживался легитимности благодаря народу, в форме голосований и демонстраций. Центральной идеей была раса и полученная вследствие этого вечная борьба высшей расы против низших рас, при которой любое средство допускается.
В противоположность этому у Вильгельма II можно исходить из совокупности стечения обстоятельств, которое можно описать как "династическое мировоззрение“. Как потомок великого курфюрста и Фридриха Великого он осознавал свою ответственность по отношению к прошлому. Он мог максимально хорошо представить изменения нынешнего состояния, он должен был отказываться от революции, так как она была направлена против него самого, как представителя традиционного порядка. «Я был и выступаю за прогрессивный консерватизм, который сохраняет жизнеспособное, который отбрасывает устаревшее и принимает новое полезное». Государство принадлежало к неотъемлемому составу (компоненту), который казался не был возможным без господства, образовывавшем основу для справедливого правления. В этом государстве было почти сословное разделенное общество, в котором у каждого было свое место. Социальные границы были тверды, предоставляли, однако, способствующую успеху проницаемость. Порядок со всеми его гранями был богоугодный. С Богом у Вильгельма была задумана не пустая формула, как судьба или провидение, конкретно христианский Бог.
Однако, Вильгельм II интерпретировал национал-социализм сначала одно время ошибочно, при этом понимал второстепенное главным делом и мог приветствовать в нем, по меньшей мере, что НС хотел упразднить Веймарскую республику, что объединяло тогда множество партийных границ. То, что могло быть несколько отличным от парламентаризма и монархии, Вильгельм не хотел себе представлять. После 1933 г., когда возможность смогла бы стать реальностью, быстро стало ясно, что не было никакого сходства. Вильгельм истолковал программную речь Гитлера 30 января 1934 как „объявление войны дому Гогенцоллернов и Германской империи“.
Гитлер не хотел снова возвращать монархию, запрещал монархические союзы и ликвидировал 30 июня 1934 г. части консервативной элиты. Свидетельства о Хансе Блюере и Райнхольде Шнайдере показывают отчетливо, как Вильгельм оценивал движение после 1934 г. и он больше не предавался иллюзиям, что касалось его повторного назначения императором. Вильгельм II полагался, несмотря на эту кратковременную надежду, на линию Шпенглера (Spenglers), который в НС видел некомпетентных выскочек („Flachköpfe“), которым удалось прийти к власти.
Сначала Гитлер публично дистанцировался от кайзера: «Выступали ли мы тысячу раз против типа правления Вильгельма II, для марксистов мы считаемся благодаря их лживой прессе реакционными монархистами […].“ Только когда Гитлер искал близости к Гугенбергу и к признанию законности, возникли прагматичные особые отношения. Из стратегического интереса он не позволил этому привести к конфликту. На надежды императора он оставил уклончивые ответы, в "Mein Kampf" он обращался к нему действительно мягко и упрекает его лишь в господстве денег, которое в глазах Гитлера было «расовым упадком»: „его величество германский кайзер стал втягивать в орбиту финансового капитала также высшее дворянство, что конечно могло иметь только самые несчастливые последствия.“ По словам Розенберга, "старый национализм мертв“. Он распался 9 ноября 1918 г. „когда его носители и представители убегали от нескольких кучек дезертиров и каторжников.» В этой фазе Гитлер решил, что лучше быть другом, чем противником, тем более, что кайзер ещё располагал приверженцами. После захвата власти, конечно, для Гитлера больше не было причины для внимательного отношения и он не делал секрета из своего отказа от восстановлении монархии.
Ввиду различий между мировоззрениями национал-социализма и Вильгельма II и их взаимного отторжения, удивляет, что снова и снова предполагают близость между обоими. Следующие допущения этого утверждения лежат в основе.
1. В пределах НСДАП была критика Гитлера, которая проявлялась после его "правового поворота", Гитлера упрекали, что он превратил революцию в реакцию. В 1931 г. появилась под псевдонимом Вайгенд фон Мильтенберг (за которым скрывался национал-большевик Герберт Бланк) книга «Адольф Гитлер – Вильгельм III», в которой передается выражение этого отношения и к 1932 году книга пережила четыре переиздания.
2. "День Потсдама“ 21 марта 1933 инсценировался национал-социалистами как передача штаба старой империи для новой, так что предполагалось представление преемственности от Вильгельма II. Однако, он не присутствовал, стул оставался пустым.
3. С начала Второй мировой войны стратегия НС провозгласила непрерывность Первой мировой войны и оправдание Второй: „Беспрерывно национал-социалисты повторяли мотивы и видения империализма эпохи Вильгельма II, которые, казалось, говорили о непрерывности немецкой истории от Вильгельма II к Гитлеру.“
4. Смерть кайзера в 1941 дала возможность национал-социалистам выстроить связь между падением кайзера с 1918 г. и подъемом Гитлера. Гитлер якобы планировал совершить погребение императора в Берлине, чтобы представить себя в качестве преемника.
5. Заграница приняла эту интерпретацию благодарно: Гитлер и Вильгельм II взаимозаменяемы. Германия обвинена за две мировые войны, в немцах определили врожденную воинственность и радость от тирании над Европой. Таким образом линия от Вильгельма II к Гитлеру легко протянулась, и поэтому в 1947 году Пруссия была ликвидирована.
6. Гитлер имеет вес (ценится, имеет значение) до сегодняшнего дня, хотя подробные исследования, как исследования Цительманна наоборот, как правило, противоречат. Так обстоит для сегодняшней исторической науки возможность, без сомнения, ситуация с Вильгельмом II, который, по сегодняшний меркам был несомненно прав, будучи поставленным в политический угол.
7. После марксистского истолкования фашизма и национал-социализма (нет различия между ними), реакция правящих классов, когда их власть ставится под сомнение: „Фашизм - это открытая террористическая диктатура наиболее реакционных, наиболее шовинистических, наиболее империалистических элементов финансового капитала.»



Итог
Следовательно, конструкция тесной связи или даже идеологического соответствия между Вильгельмом II и национал-социализмом или Адольфом Гитлером является отсутствием способности различать основу, которая коренится в историческом материализме, и следует за самоинтерпретацией Гитлера и игнорирует собственное понимание Вильгельма II.

@темы: Deutschland, запретный плод сладок, наш Вилли, фотографии